Эпоха дешевых денег закончилась, поскольку война в Иране создает "постоянный уровень инфляции".

Война в Иране выявила хрупкость мировых энергетических рынков, что повышает риск того, что скачки цен на нефть и перебои в поставках будут поддерживать структурно более высокий уровень инфляции в течение многих лет.

По мере того, как страны переходят к энергетической безопасности и самообеспечению, эксперты предупреждают о деглобализации энергетических рынков, росте затрат, замедлении инноваций и использовании энергии в качестве геополитического оружия.

Постоянно высокий уровень инфляции может ограничить возможности центральных банков по снижению процентных ставок и увеличению ликвидности, что приведет к снижению доходности и увеличению волатильности на фондовом рынке, рынке облигаций, рынке криптовалют и других активах.

С начала войны в Иране рыночная конъюнктура была простой: скачок цен на нефть, инфляционный импульс и общая волатильность рынка будут временными и снизятся, когда конфликт прекратится, что позволит центральным банкам стимулировать экономику и рынки с помощью дешевых денег, как они делали это постоянно после 2008 года.

Однако существует противополочное мнение, согласно которому шрамы от войны в Иране будут долго сохраняться в виде структурно повышенного глобального уровня инфляции. Это может повлиять на доходность всех классов активов, включая акции, криптовалюты и облигации.

Ответ на этот вопрос заключается в самом главном выводе из войны в Иране: энергетические рынки хрупки, и крупные экономики подвержены риску резкого роста цен на нефть и перебоев в поставках энергии.

На протяжении десятилетий несколько стран, включая крупные экономики, полагались на глобальные цепочки поставок энергии, рыночные цены и сравнительные преимущества. Эта модель работала, но она рухнула из-за последних перебоев в проливе Ормуз, что привело к серьезной нехватке энергии во всем мире, в том числе в крупных экономиках, таких как Индия, Япония и Южная Корея. Если конфликт затянется, со временем это может затронуть и такие страны, как Китай, которые обладают значительными резервами.

В результате: в будущем каждая страна, вероятно, будет рассматривать энергетическую независимость и безопасность как центральный элемент своей национальной стратегии безопасности.

По мнению эксперта по энергетическим рынкам Анаса Альхаджи, эта тенденция приведет к быстрой деглобализации энергетических рынков, приоритетом которой будет контроль, а не стоимость, что приведет к устойчивой инфляции.

Он добавил, что у большинства стран нет централизованной цепочки поставок, промышленной базы и системы принятия решений, как у Китая, что может привести к замедлению инноваций, фрагментации рынков и увеличению затрат.

Другими словами, влияние войны в Иране выходит за рамки краткосровой волатильности цен на нефть.

Уже есть признаки широких последствий, затрагивающих все: от удобрений и производства продуктов питания до промышленного производства и, возможно, даже производства чипов и полупроводниковой промышленности, поскольку перебои в проливе Ормуз перекрывают поставки гелия и серы, которые имеют решающее значение для производства чипов.

Все это означает, что центральные банки, возможно, больше не имеют той свободы, которая у них была раньше, чтобы быстро увеличивать ликвидность для поддержки экономики и цен на активы.

С 2008 по 2021 год глобальный индекс потребительских цен (ИПЦ) или уровень инфляции в среднем составлял менее 3% (кратковременно поднимаясь до 8% в 2022 году, чтобы затем снизиться до 3% в 2024 году).

Однако, учитывая ожидаемый структурно более высокий уровень инфляции, эта парадигма меняется. Центральные банки больше не могут предполагать, что они всегда смогут снижать процентные ставки для стимулирования роста. Ликвидность может быть более ограниченной, что может ограничить доходность по всем классам активов.

Сообщение ясно: инвесторам следует быть готовыми к миру, где инфляция остается устойчивой, денежно-кредитная политика становится менее мягкой, а волатильность рынка становится новой нормой.