Безопасен ли 28-миллиардный биткоин-резерв правительства США?

Правительство США пытается осуществить исторический поворот в своей политике в отношении биткоина, переходя от хаотичного, поочередного учета конфискованной криптовалюты к стратегическому национальному резерву уже почти год.

Эта амбициозная цель, часто называемая "цифровым Форт-Ноксом", сейчас подвергается проверке на достоверность после обвинений в том, что примерно 40 миллионов долларов в криптовалюте были выведены из кошельков, связанных с правительством, и используемых для конфискации.

Даже если заявленные потери относительно невелики по сравнению с примерно 28 миллиардами долларов в биткоинах, которыми, как считается, контролирует США, этот инцидент ставит под сомнение основной принцип новой политики. Он вызывает сомнения в том, сможет ли Вашингтон управлять биткоин-портфелем национального масштаба с уровнем безопасности, соответствующим резервам, и с возможностью проведения аудита.

Предполагаемый инсайдерский сговор

В выходные дни блочейн-следователь ZachXBT заявил, что более 40 миллионов долларов в криптовалюте были выведены из кошельков, связанных с правительством США, и используемых для конфискации.

ZachXBT связал предполагаемую кражу с Джоном Дагитой, более известным как Licks, который, по его словам, имеет родственные связи с руководством компании Command Services & Support (CMDSS), частной фирмы, заключившей контракт на поддержку операций по конфискации криптовалюты Службой маршалов США (USMS).

Согласно данным корпоративных реестров, Дин Дагита является президентом CMDSS. Компания базируется в Хеймаркете, штат Вирджиния, и заключила контракт с USMS на управление и утилизацию определенных категорий конфискованной криптовалюты.

ZachXBT заявил, что смог связать Джона Дагиту с предполагаемой кражей после того, что он описал как "спор на равных" в Telegram, в ходе которого два человека пытались доказать свое богатство, сравнивая балансы кошельков.

Этот спор, как утверждается, завершился тем, что пользователь с ником "Lick" поделился экраном кошелька Exodus и перевел крупные суммы в режиме реального времени.

Эта активность, показанная на экране, предоставила цепочку, которую, по словам ZachXBT, он использовал для отслеживания группы адресов, связанных с более чем 90 миллионами долларов в предполагаемых незаконных операциях. Из этой суммы примерно 24,9 миллиона долларов были переведены с кошелька, контролируемого США, в марте 2024 года.

Этот сценарий подчеркивает уязвимость, которая связана не столько со сложными уязвимостями протоколов, сколько с управлением хранением, доступом подрядчиков и с теми видами человеческих ошибок, которые плохо масштабируются, когда речь идет о реальных деньгах и реальной операционной сложности.

Между тем, это не первый случай, когда операции по хранению криптовалюты на федеральном уровне подвергаются критике. В октябре 2024 года кошелек, связанный с украденными средствами Bitfinex, был опустошен на сумму примерно 20 миллионов долларов, хотя большая часть этих средств была возвращена.

Фрагментация создает риск

В популярном воображении, позиция правительства США в размере примерно 28 миллиардов долларов в биткоинах представляется как единый запас, находящийся под контролем единой системы.

[Изображение: https://cnews24.ru/uploads/140/1403c59718ad9c5494f71457bdae280f7ca0a510.jpg]

Однако, оперативная реальность для этих активов гораздо более фрагментирована.

Организация хранения конфискованных криптовалютных активов представляет собой сложную систему, состоящую из различных ведомств, правовых статусов и решений по хранению. Средства могут находиться на разных этапах процесса конфискации, и понятие "активы, находящиеся в США" не является едивой записью в реестре, а представляет собой сложную операционную систему.

Это разнообразие имеет значение, поскольку безопасность в системе, состоящей из нескольких ведомств, зависит от строгой дисциплины процессов, единообразных стандартов и оперативного перемещения средств из временных кошельков в долгосрочное холодное хранилище.

Это связано с тем, что за одним хранителем можно установить надежные протоколы защиты.

Однако система, включающая несколько поставщиков и передачу данных, функционирует иначе. Она зависит от согласованности контроля на каждом узле сети, включая сотрудников и подрядчиков, участвующих в процессе.

Таким образом, неопределенность относительно того, какое ведомство владеет какими ключами и когда, расширяет область потенциальных атак.

Следовательно, контроль может быть ослаблен в промежутках между организациями, между временными кошельками и долгосрочным хранилищем, а также между заявленными политиками и реальной операционной деятельностью.

В этом контексте, значимость сообщения об убытках в размере 40 миллионов долларов возрастает, поскольку это указывает на сбой в процессе.

Такой сбой в хранении предполагает наличие скрытых рисков в других областях, особенно если уязвимость связана с управлением поставщиками или несанкционированным доступом, а не с единичной технической ошибкой.

Уязвимость "сложной инфраструктуры" подрядчика

Подрядчики, такие как CMDSS, играют ключевую роль в понимании этого профиля рисков, поскольку они являются частью системы хранения государственных активов, которая является наиболее сложной.

Решение Управления по вопросам ответственности правительства (GAO) от марта 2025 года подтвердило, что Управление судебных маршалов США (USMS) заключило с CMDSS контракт на управление "криптовалютами 2-4 класса".

Документ GAO проводит различие между классами активов, что помогает объяснить, почему подрядчики важны.

Активы 1 класса, как правило, ликвидны и могут быть легко размещены в стандартных системах холодного хранения. Активы 2-4 класса, напротив, описываются как "менее популярные" и требуют специальной обработки, часто включающей специализированное программное обеспечение или аппаратные кошельки.

Это "сложная инфраструктура" хранения криптовалют, длинный список активов, которые не являются просто Bitcoin и небольшим количеством других ликвидных токенов, а представляет собой сложный набор активов, поступающих в результате конфискаций. Управление этими активами может потребовать работы с различными блокчейнами, незнакомыми процессами подписи и сложными требованиями к ликвидации.

На практике это создает зависимость от внешних экспертов для управления наиболее сложными аспектами хранения. В рамках этой модели правительство фактически передает на аутсорсинг наиболее сложную часть операций с криптовалютами.

GAO отмечает, что подрядчикам строго запрещено использовать государственные активы для стейкинга, заимствования или инвестирования.

Однако договорные ограничения не являются физическими средствами контроля. Они не могут самостоятельно предотвратить неправомерное использование закрытого ключа, если обойдены механизмы контроля, основанные на человеческом факторе.

Именно поэтому обвинения, сформулированные как риск, связанный с экосистемой подрядчиков и социальная инженерия, а не как сбой протокола, имеют вес, выходящий за рамки конкретного заявления о краже. Если устойчивость системы зависит от дисциплины со стороны каждого поставщика и на каждом этапе передачи, то самый слабый узел становится наиболее привлекательной целью.

Следует отметить, что предупреждения о пробелах в системе хранения не являются чем-то новым. Отчет 2025 года показал, что Управление судебной службы США (USMS) не могло даже предоставить приблизительную оценку своих активов в биткоинах и ранее полагалось на электронные таблицы, в которых отсутствовали надлежащие средства контроля. Аудит Управления инспектора генерального прокурора Министерства юстиции 2022 года прямо предупреждал, что такие пробелы могут привести к потере активов.

Готова ли США долгосрочно удерживать биткоины?

Значимость этих операционных пробелов возросла, поскольку политика США меняется.

Белый дом принял решение о создании Стратегического резерва биткоинов и отдельного Цифрового активационного фонда, с директивами для Министерства финансов управлять счетами хранения, где биткоины "не должны продаваться".

Это изменение политики меняет роль правительства с временного хранителя, исторически связанного с аукционами и утилизацией доказательств, на долгосрочного держателя.

В течение многих лет крипторынки рассматривали запасы биткоинов, принадлежащие правительству США, как потенциальный избыток предложения, источник скрытого давления на продажу, если конфискованные монеты будут ликвидированы.

Однако, концепция стратегического резерва меняет перспективу, поскольку центральным вопросом становится надежность системы хранения.

Если биткоины должны рассматриваться как резервный актив, аналогичный золоту, инвесторы будут предъявлять негласные требования к безопасности уровня хранилища, четкому хранению, последовательному контролю и проверяемым процедурам.

Таким образом, предполагаемая кража на 40 миллионов долларов привлекает внимание к вопросу о том, напоминает ли инфраструктура, поддерживающая эту амбициозную цель, временный процесс обработки доказательств или масштабируется для долгосрочного управления.

Это связано с тем, что большой, хорошо известный государственный запас биткоинов может стать основной целью для злоумышленников, стремящихся использовать систему с недостаточной защитой. Криптоаналитик Муртаза Мерчант заявил:

"Если преступники считают, что конфискованные средства можно выкачивать из государственных кошельков, они могут рассматривать конфискацию как временное неудобство, а не как конечную точку, особенно если существуют пути отмывания денег через биржи и межсетевые переводы."